Приветствуем всех искренни ищущих Господа!

Мы рады сообщить, что начинаем публикации не известных и уже известных Церкви Христовой, в постсоветском пространстве СНГ, посланий людей Божиих, таких как Артур Кац, Теодор Остин-Спаркс. Надеемся, что вы найдете полезным прочесть эти глубокие послания и Христос возвеличится в вас сиянием Своей вечной Славы!

понедельник, 30 июня 2014 г.

Изобиловать в любви, Т. Остин-Спаркс

Т. Остин-Спаркс
"А вам пусть даст Господь возрасти и изобиловать в любви друг к другу и ко всем, так же как и мы к вам" (1 Фес. 3:12).

"Всегда по справедливости мы должны благодарить Бога за вас, братья, потому что возрастает вера ваша, и умножается любовь каждого друг к другу между всеми вами" (2 Фес. 1:3).

"Поэтому и я, услышав о вере в Господа Иисуса, которая есть среди вас и о вашей любви ко всем святым..." (Еф. 1:15).

"И, чего ни попросим, получим от Него, потому что соблюдаем заповеди Его и делаем благоугодное пред Ним. А заповедь Его та, чтобы мы веровали во имя Сына Его Иисуса Христа и любили друг друга, как Он заповедал нам" (1 Иоанна 3:22-23).

"Возлюбленные! Будем любить друг друга, потому что любовь от Бога, и всякий любящий рожден от Бога и знает Бога" (1 Иоанна 4:7).

Пришествие Господне связано с любовью святых

За представленными выше фрагментами скрывается нечто, придающее им реальную силу, значимость и особенную важность. Вопрос, который мы сейчас затронули, занимает видное место в посланиях Павла к фессалоникийцам, и эти послания сами по себе имеют огромное духовное значение. Из сохранившихся писем Павла они были самыми первыми. Если говорить о хронологическом порядке, то их следовало бы разместить в самом начале: перед посланием к римлянам и всеми остальными. Тем не менее, учитывая, что послания к фессалоникийцам, в основном, посвящены приходу Господа и всему, что с этим связано, Святой Дух словно говорит: «Да, хронологически, они идут первыми, но в действительности относятся к противоположному концу». Как следствие, Он побудил к тому, чтобы эти письма извлекли из хронологической последовательности и разместили последними в известной нам систематизации. Таким образом, послания к фессалоникийцам являются настоящей кульминацией всего, что касается пришествия Господа. В них мы видим то, что будет происходить в последние дни, и Святой Дух разместил их в правильном месте: в конце, — и в этом заключался смысл, который мы увидим через минуту.

Перейдем к посланиям Иоанна. Как видим, они также говорят о последних временах. Когда Иоанн писал их, все остальные авторы Нового Завета уже ушли к Господу. Его произведения были последними, и они посвящены завершающим событиям: пришествию Господа, антихристу и тому подобному. Он говорит: «Последнее время», — и в этом мы видим явную параллель с Посланиями к фессалоникийцам.

Но что же более всего характеризует народ Господень ввиду грядущего пришествия Господа? Что является кульминацией всего духовного процесса и развития? Что является предметом обсуждения в посланиях к Римлянам, Коринфянам, Галатам, Эфесянам, Филиппийцам и Колоссянам? Что их всех объединяет? Обратите внимание, что в обоих текстах, где на передний план выходят заключительные события и последние времена (то есть, в Посланиях к Фессалоникийцам и в трудах Иоанна), акцент сделан на любви. Это очень показательный момент. Что желает увидеть Господь в Свое пришествие? Что привлекало Его во все времена? Что Он рад найти и ради чего Он с радостью придет? «Но боящиеся Бога говорят друг другу: "Внимает Господь и слышит это, и пред лицом Его пишется памятная книга о боящихся Господа и чтущих имя Его". И они будут Моими, говорит Господь Саваоф, собственностью Моею в тот день, который Я соделаю» (Малахия 3:16-17). Здесь есть предчувствие пришествия Господа, как будто Он увидел что-то и сказал: «Вот то, что Я ищу, и за чем Я могу прийти».

Господа привлекает сердечная любовь, а не умственное знание

Я ничуть не хочу умалить важность персонального явления Господа. У Его пришествия будет множество аспектов. Оно произойдет для суда и для многого другого, но нет ли у него какого-то центрального элемента — своеобразного магнита, притягивающего к себе Господа? Неужели Он придет только для того, чтобы осудить народы, осудить беззаконие, осудить человека греха? Будет ли этого для Него достаточно? А может, Он придет потому, что обнаружил сокровище, и все остальные суды тесно связаны с этим сокровищем?

Известную иллюстрацию дает нам жизнь Давида. Будучи свергнут самозванцем с места, которое он занимал по праву, Давид на время своего изгнания из города и с престола вернул назад священников с ковчегом, чтобы тот оставался в городе, как точка, на которой были сосредоточены привязанности его сердца (2 Царств 15:25). Нам хорошо известно, что священнический аспект Писаний заключается в любви, в то время как царский — в управлении. Опять-таки, мы видим, как аспект любви проявляется в случае с Аароном. Какими были одни из первых слов, сказанных Моисею об Аароне? «Увидев тебя, возрадуется в сердце своем» (Исход 4:14). Он обрел священство, благодаря состоянию своего сердца. Этот принцип подтверждается на протяжении всего Писания. Именно священник, пребывая в любви и посвящении, удерживает Господень народ в сердечных взаимоотношениях с Господом. Если же Господу приходилось произносить Своему народу самые суровые из всех, когда-либо Им сказанных слов, то причина была в том, что священники в тот момент вовлекались какую-нибудь систему без истинных сердечных взаимоотношений с Ним. Да, приносились жертвы и совершалось служение, но «этот народ приближается ко Мне устами своими, и языком своим чтит Меня, сердце же его далеко отстоит от Меня» (Исайя 29:13). Все это было священническое служение без сердца. Священник же олицетворяет сердечную сторону отношений.

Да, этот вопрос любви — самый практический из всех, с которыми мы можем когда-либо столкнуться. Он поднимает больше проблем, чем что-либо другое. Но давайте прежде взглянем на него в свете пришествия Господа. Если Господь грядет, то ради чего? Не думаю, что Он придет потому, что где-то есть люди, которые изобилуют истиной и безошибочны в своих методиках, или что-либо подобное в этом роде. Не будем пренебрегать великой ценностью и значимостью света и истины, правильного соблюдения Господних законов и принципов, но все это никогда не удовлетворит Его сердце. Он придет ради того, в чем Его сердце обретет сердечное удовлетворение благодаря любви. Павел в первом послании к фессалоникийцам молится о том, чтобы возрастала их любовь друг к другу и ко всем людям. Во втором же послании он об этом уже не молится, но благодарит за то, что это стало реальностью. Они уже изобиловали взаимной любовью — и в этом контексте Павел раскрывает вопрос Господня пришествия. Не думаю, что мы в данном случае искажаем толкование. Святой Дух настолько постоянен в Своих помышлениях! Мы можем рассуждать о пришествии Господнем тогда, когда можем сказать, что наша любовь изобилует, переливается через край. До тех пор, пока не достигнуто это условие, вряд ли мы можем говорить о пришествии Господа с какой-либо подлинной сердечной уверенностью.

Любовь, которая не отвравщается от видимого

«Изобиловать в любви друг к другу». Любить тех, кто принадлежит к вашему кругу, возможно, не так уж и сложно, но Слово добавляет: «И ко всем». Это уже глубже. В последнее время я глубже и сильнее, чем когда-либо прежде, прочувствовал силу таких знакомых всем нам слов: «Знание делает надменным, а любовь созидает» (1 Кор. 8:1), — и других, наподобие: «Производит рост Тела к созиданию самого себя в любви (Еф. 4:16). Если нас будет задевать то, что мы видим в людях: все эти качества христиан и христианского труда и деятельности, которые вызывают у нас антипатию, — то мы будем внутренне закрываться и отстранятся, и тогда в сфере взаимопомощи и взаимного назидания ничего не произойдет. И опять в который раз возникает очень практический вопрос. Можно ли что-нибудь сделать? Существуют ли какие-то возможности ввиду отталкивающих качеств, которые мы встречаем в других людях? Очень часто, остро воспринимая многое из того, что всплывает на поверхность, мы восстаем против этого. Однако затем обращаемся к Господу и с Его помощью справляемся с этим. Мы обретаем способность двигаться дальше. Что-то происходит, Господь действует — и мы удивлены, чувствуя укоры совести за свою первоначальную неприязнь.

Проходя через все это, мы должны смотреть на сердце, и каждый раз напоминать самим себе, что Господь смотрит на сердце. Мы смотрим на все то, что является следствием, в основном, невежества, недостатка надлежащего учения и так далее, и это может задевать нас, но Господь смотрит на сердце. Он видит, есть ли что-нибудь там, глубоко под всеми этими наслоениями, — есть ли там искренняя сердечная любовь к Нему, и Он знает, пытается ли человек по-настоящему выразить эту любовь. Возможно, присутствует заблуждение, невежество или другие причины, но с точки зрения того, чье поведение нас задевает, все это может быть способом выразить его любовь к Господу, и мы не должны отворачиваться. Мы должны сближаться с такими людьми, чтобы выяснить, какие в их жизни существуют возможности для Господа. Он продолжает действовать, Он не сдается, Он извлекает все возможное из малейшей крупицы сердечной любви к Нему и ко всем людям. Этот вызов очень важен с практической точки зрения. Он является для нас экзаменом. Если то, с чем мы сталкиваемся, что мы видим и слышим, — весь этот мир ощущений задевает нас (и я сейчас говорю о христианском мире), то нас охватит апатия, мы сдадимся и решим, что ничего невозможно сделать. Но «любовь созидает». Вы обнаружите, что есть какая-то возможность, что доступно какое-то созидание. Это будет происходить чаще, чем вы могли бы действительно поверить или представить, если только вы решите придерживаться линии любви — не отрешенной линии критицизма и осуждения, но линии любви. Если существует какая-то возможность для Господа, то это — единственный способ найти ее, и вам придется как следует потрудиться, чтобы копнуть поглубже. Вы должны посвятить себя этому, преследуя конкретную цель: обнаружить, существует ли, в конце концов, хоть какое-нибудь искреннее, чистое сердечное посвящение Господу за пеленой всего остального. И это «все» охватывает столь многое, что я даже не буду пытаться подробно рассмотреть все это. Обнаружив такую истинную сердечную любовь, вы обретете основание для возможностей, и это — именно то дело, которым мы должны заниматься, дорогие друзья, и притом — усердно. Этот вопрос не имеет никакого отношения к чувствам. Он — всецело и по-настоящему духовный.

Любовь, которая не отвращается из-за недостатков

Но довольно о наслоениях. Есть еще и то, что мы можем назвать недостатками. Мы можем сказать другим, что не находим в них познаний или истины, или учения, или понимания. Нам кажется, что мы не находим ничего, с чем можно было бы работать. Нас постигает искушение сказать: «Они не знают, они не видят». О, каким же злом являются подобные фразы в устах некоторых людей! По сути, они говорят: «Бедняги. Они не видят этот аспект доктрины, который видим мы», — и проходят мимо, потому что кто-то чего-то не видит! Говорю вам: это может стать ужасающим злом, потому что способно вообще лишить Господа любых возможностей. Может быть, это правда, что другие понимают мало или вообще ничего не понимают из того, с чем знакомы мы. Возможно, они действительно ничего не смыслят в том или ином аспекте истины. Но существуют ли у них какие-нибудь сердечные взаимоотношения с Господом, даже при самом минимуме духовного понимания, просвещения и наставления? Неужели мы отвергнем таких Божьих детей только потому, что они совершенно не обладают тем, что, как нам кажется, настолько необходимо? Это вопрос, в котором, как я вижу, нам необходимо неизменно бодрствовать и, если потребуется, вносить коррективы.

Любовь смотрит на сердце

Любовь — вот что является для Господа руководящим принципом, а не наличие обильного понимания, учения и истины, — как и не отсутствие самых разнообразных вещей. Это не значит, что Господь Сам в Своем сердце принимает что-либо неправильное, но Он видит сквозь это неправильное. Он видит не так, как мы. В Писании есть два утверждения о Давиде, сделанные с двух различных точек зрения. Говоря о Давиде, Господь сказал Самуилу: «Человек смотрит на лицо, а Господь смотрит на сердце» (1 Царств 16:7). Под этим подразумевалось, что Господу нравилось именно то, что Он видел в сердце Давида. Но когда Давид пошел, чтобы отнести хлеб своим братьям, которые были в войске, самый старший из них посмотрел на него и сказал: «Зачем ты сюда пришел? … Я знаю высокомерие твое и дурное сердце твое…» (1 Царств 17:28). Перед нами — Божий взгляд и взгляд человеческий. Мы должны быть крайне осторожны в отношении наших взглядов на людей, чтобы нам не осудить их по внешним признакам.

Как видим, на созидание нет никакой надежды, если не будет любви — и притом, ко всем людям. Созидание должно стать для нас с вами вопросом первостатейной важности. О, одному лишь Богу известно, насколько мы нуждаемся в духовном возрастании и созидании! Глядя на свои собственные ограничения, мы сталкиваемся с парализующей ситуацией. Я уверен, что ничего не произойдет до тех пор, пока мы не обретем очень большое сердце, чтобы смотреть над и внутрь, и сквозь, и за пределы, не позволяя ограничиваться только тем, что смотрит нам в лицо, что наносит нам удары и ранит нас. И только преодолевая эти ограничения, мы достигнем чего-то истинного, скрытого в сердце.

Любовь созидает

Рассматривая все сказанное сквозь призму пришествия Господа очень важно быть хорошо наставленным и обладать всей полнотой света, которую нам может дать Господь. Тем не менее, давайте не будем даже на мгновение полагать, что свет, истина и учение — это непременно созидающие факторы, поскольку существует множество людей с огромной мерой истины и любви, которые не особо велики с духовной точки зрения. Они весьма ограничены, сжаты и закрыты. Только любовь созидает. Более того, она производит перемены в тех, кто ее проявляет, она приводит их в место покоя. Одна лишь истина может сделать лицо и взгляд напряженным, любовь же неизменно придает внешнему облику некий намек на тихую силу и спокойную уверенность. Давайте еще раз взглянем на заключительные стихи восьмой главы послания к римлянам: «Кто отлучит нас от любви Божьей: скорбь, или теснота, или гонение, или голод, или нагота, или опасность, или меч? … Но все сие преодолеваем силою Возлюбившего нас». Взгляните, что перечислено в этом вопросе. Когда подобное происходит, это — самые критические моменты нашей жизни. И все же, ничто из этого не может отлучить нас от Божьей любви. Что ж, давайте сядем в Его кресло любви и побудем в покое, а затем приступим к работе. Вы не можете трудиться, если прежде как следует не отдохнули, и первоочередным основанием для отдыха является не истина, а любовь: Божья любовь. Что бы еще Господь ни даровал и ни прибавил нам, да сделает Он нас теми, кого в высшей мере характеризует эта любовь друг к другу и ко всем людям.


Впервые опубликовано в журнале "Свидетель и свидетельство", июль-август 1948, вып. 26-4.

понедельник, 9 июня 2014 г.

Вечные Божьи помышления о сыновстве, Т. Остин-Спаркс

Т. Остин-Спаркс
По большому счету, именно сыновство олицетворяет и воплощает в себе все Божьи помышления. Так, говоря о Соломоне, Он снова и снова упоминает о сыновстве. «Соломон, сын твой, построит дом Мой и дворы Мои, потому что Я избрал его Себе в сына, и Я буду ему Отцом» (1 Паралипоменон 28:6). «Сын твой… Себе в сына…». Давид сказал: «Из всех же сыновей моих, — ибо много сыновей дал мне Господь, — Он избрал Соломона, сына моего» (1 Паралипоменон 28:5), — показав всеобъемлемость и, в определенном смысле, исключительность сыновства. В том, что касается Соломона, преобладает именно слово «сын», и, приходя к Христу, более великому Сыну Давида, мы обнаруживаем, что все сводится к Его Сыновству, обретая от него характер и смысл.

Мы обнаруживаем, что огромный вклад в данный вопрос внесли Иоанн и Павел. Так, Иоанн представляет Христа преимущественно как Сына. Он подводит итог своему Евангелию утверждением, что все изложенное выше преследует ту цель, чтобы читатели «уверовали, что Иисус есть Христос, Сын Божий, и, веруя, имели жизнь во имя Его» (Иоанна 20:31). Таким образом, Иоанн представляет Христа как Сына. Он подразумевает именно эту Личность.

Павел также представляет Христа как Сына, но развивает эту мысль еще больше. Я имею в виду, что Павел не только раскрывает смысл сыновства, но и показывает еще один связанный с ним аспект. Благодаря Святому Духу, сыновья — это мы. Христос — первенец, Первородный, и сыновство (оставляя в стороне фактор божественности), как взаимоотношения, — это то, к чему мы призваны. Сыновство: его смысл, объяснение, взаимосвязи, всеобъемлемость — является важной темой в посланиях Павла.

Думаю, совершенно очевидно, что Бог, говоря Соломону и о Соломоне, не подразумевал, что все это всецело и во всей полноте исполнится только в самом Соломоне. Господь говорил, помышляя о будущем, имея в виду нечто большее. В действительности, в Своих помыслах Он вел речь о Господе Иисусе. Соломон должен был стать лишь временным, частичным исполнением сказанного Богом о сыновстве, о царстве и о доме. Бог устремлялся мыслями в будущее. « Я буду ему Отцом, и он будет Мне сыном»; «престол его будет тверд вечно», — все это было сказано о Соломоне, но нетрудно увидеть, что-то, что касается Господа Иисуса, имеет безграничное превосходство. Здесь мы видим взаимосвязь с Ним, намного превосходящую все, что было возможно для Соломона.

Прежде всего, хочу подчеркнуть следующее. Иоанн и Павел представляют нам Христа, как Сына, с позиций вечности. Вам известно, что Иоанн стремится убедительно показать это в своем Евангелии различными, очень выразительными способами. Он начинает: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог», — явно намереваясь подчеркнуть вечную сущность этого сыновства, поскольку совсем скоро он переходит к сфере времени: «И Слово стало плотью, и обитало с нами». Это — временной аспект, настоящее, первое же — вне времени.

Однако Павел не только показывает Христа в Его вечности, но и начинает строить на этой вечности Церковь. В посланиях к Эфесянам и Колоссянам, над которыми я в данный момент размышляю, мы видим Христа в Его вечности, а затем: «Он избрал нас в Нем прежде основания мира» (Эфесянам 1:4). Исходя из этого вечного избрания, предопределения и предназначения Павел строит Церковь. Он говорит: «Это не из сферы времени или земного. Это то, что уходит своими корнями и основанием в вечность и простирается в века веков». В данном смысле время — всего лишь фрагмент. Павел строит исходя из вечности Христа. О чем это нам говорит? Конечно же, это подтверждает нашу первую и всеобъемлющую мысль о безграничном превосходстве Христа над Соломоном. «Здесь больше Соломона», — это Сын. Насколько же Он безгранично больше, чем тот сын.

Что же такое сыновство? Ответим с точки зрения полноты Божьей мысли, а не Его частичных замыслов в отношении Соломона, ставших всего лишь олицетворением, прообразом, символом и тенью. В реальности сыновство — это нечто, исходящее из вечности и уходящее туда, где время перестанет существовать. Вот что такое сыновство в Божьем представлении.

Ранее мы уже отметили, что избавление от всех наших трудностей и проблем будет происходить по мере духовного роста, а духовный рост достигается посредством нового и более широкого понимания Христа. В этом вся суть. Смотрите на Него! Какую же цель преследует Бог, открывая нам все это ?

Неужели нам просто необходима информация о том, что Христос — Божий Сын, и что Он был един с Отцом в вечности и будет един с Ним во веки веков? Я со всем благоговением задаю этот вопрос и говорю, что, как чисто объективная реальность, существующая где-то в Божьей вселенной, для меня это не имеет особого значения. Тем не менее, когда говорится, что Бог открыл это людям, я хочу знать — почему. Что было в Божьем разуме, когда Он открыл это? Ответ заключается в следующем. Это непосредственно касается нас с вами. Мы были избраны еще до основания мира, в Нем мы связаны с сыновством. Насколько же это грандиозно: получить вечную жизнь, связующую века, и быть соединенным с вечным Божьим Сыном! Сыновство выходит за пределы всего, что является всего лишь временным и преходящим. Наше союз с Христом приводит нас прямо к корням Его вечности — причем, в смысле не только продолжительности, но и характера, и природы, поскольку вечная жизнь — это не просто бесконечность, но еще и Божья слава по своей природе и сущности.

Итак, Павел все строит на этом факте вечности и привлекает к нему и нас. Какое удивительное откровение! Как чистое отображение истины, оно восторгает, пленяет, изумляет. Но насколько преображающим, утверждающим и освобождающим оно может стать, будучи открыто Святым Духом! О, если бы только Церковь жила благом этого откровения! Как бы далеки от нас были все эти мелочные, временные факторы! По большому счету, какое значение имеет то и другое? Это всего лишь на время и, главным образом, для этого мира. Однако, что действительно важно, так это — совершаемое Богом на высоте, всецело за пределами этого мира.

Отрывок из « Четыре величайших составляющих Божественного откровения», 3 глава.

Впервые опубликовано в журнале «Свидетель и свидетельство», май-июнь 1947, вып.25-3

пятница, 6 июня 2014 г.

Помазание — свет, обитающий внутри нас, Т. Остин-Спаркс

Т. Остин-Спаркс
Когда же народ Господень, имеющий Писания и досконально их знающий по букве, наконец, осознает и признает, что если только они воистину распяты со Христом, если они умерли в Его смерти, и воскресли вместе с Ним и приняли Духа, то внутри них обитает свет? «Помазание, которое вы получили от Него, в вас пребывает, и вы не имеете нужды, чтобы кто учил вас, но… сие помазание учит вас всему» (1 Иоанна 2:27). Когда же верующие, христиане поймут это? Почему христиане, хорошо знающие букву Писания, должны бегать туда-сюда в поисках чужого совета в вопросах, оказывающих жизненно важное влияние на их личные духовные познания? Я не хочу сказать, что консультироваться — это плохо, или что есть что-то предосудительное в том, чтобы выяснить мнение или отношение к тем или иным вопросам у других, более опытных Божьих детей. Тем не менее, если мы намерены основывать свою точку зрения на их умозаключениях, то мы находимся в большой опасности. Окончательным авторитетом и арбитром во всех вопросах является Божий Дух, Дух помазания.
Мы можем получать помощь друг от друга, но, очень надеюсь, что вы не будете основывать свою точку зрения на том, что я сейчас говорю, только потому, что я это говорю. Не делайте этого. Я не хочу, чтобы вы так поступали, и не прошу вас об этом. Просто слушайте и принимайте к сведению, а затем обратитесь к своему самому большому Авторитету, Который, если вы — Божье дитя, находится в вас, и попросите Его подтвердить истину или показать иное. Это ваше право первородства, неотъемлемое право, которое как всякое Божье дитя, вы получили при рождении— быть во свете пребывающего в вас Духа света, Духа Божьего.
Интересно, где оказался бы Павел, если бы избрал курс, противоположный тому, которого он держался? «Когда же Бог, избравший меня от утробы матери моей, …благоволил открыть во мне Сына Своего, …я не стал тогда же советоваться с плотью и кровью, и не пошел в Иерусалим к предшествовавшим мне апостолам, а пошел в Аравию» (Галатам 1:15-17). Что бы произошло, если бы он все-таки отправился в Иерусалим и изложил все вопросы перед теми, кто стали апостолами прежде него? Из последующих событий нам известно, что они сказали бы ему только одно: «Послушай, Павел, будь осторожен! Ты рассказываешь нам, что по дороге в Дамаск Иисус якобы что-то сказал тебе о том, чтобы ты шел к язычникам. Будь осторожен!». Они воспрепятствовали бы его служению язычникам.
Вы знаете, что случилось позже. Вы знаете, что в связи с этим через несколько лет даже Петр поддался лицемерию. Вы знаете, что эти апостолы, бывшие до Павла в Иерусалиме, все время проявляли крайнюю сдержанность в отношении благовестия язычникам. Если бы Павел капитулировал перед ними, то мы никогда не получили бы великого апостола язычников, великого апостола Тела Христова с его откровением о тайне — о том, что во Христе все едины: евреи и греки. Он не предложил этот вопрос на рассмотрение даже тем, кто был апостолом прежде него. Павел не стал спрашивать: прав он или нет, здраво его учение или нет. Отнюдь! Он получил в Дамаске помазание. Анания возложил на него руки, и Павел принял Духа. С того дня он стал человеком, водимым Духом, хотя был вполне готов и рад иметь общение со своими братьями, никогда не занимал позицию превосходства или независимости и был всегда открыт для обмена мнениями.
Я знаю, что вы должны быть осторожны в том, как принимаете мои слова. Если вы не считаете себя каким-то независимым субъектом, наделенным Святым Духом, но демонстрируете безупречное дружелюбие, смирение, покорность, сердечную открытость, готовность слушать и подчиняться тому, что может исходить от других, то единственный безопасный путь для вас — иметь свидетельство Духа об истине. Впрочем, все это зависит от вашего внутреннего состояния, от основания, на котором стоите: природное оно или духовное, старое творение или воскресение. Возлюбленные, когда вы стоите на основании воскресения, когда вы ведомы не природной жизнью, а управляющим в вас Духом, то обладаете правом, привилегией и благословением знать Духа, который приносит свидетельство в ваше сердце , и пользоваться тем помазанием, которое учит вам всему в отношении истинности или ошибочности того или иного вопроса. Когда же Господень народ поймет это, осознает это?
Видите ли, вот это противоположное действие постоянно лишает многих света, который им дал бы Господь. Господь ввел бы их в большую полноту познания Его Сына, расширил бы их духовное понимание, но они пренебрегают пребывающим в них даром. Они пренебрегают Святым Духом, Который есть их источник света, учитель, наставник, путеводитель и судья. Они обращаются то к тому, то к этому, то к одному авторитету, то к другому, говоря: «Что вы об этом думаете? Если вы считаете, что это неправильно, то я к этому не прикоснусь!». Поступать подобным образом — фатально для духовного познания. Это поиск опоры на природном основании.
Ныне Господь хочет, чтобы мы покинули эту основание. Для того чтобы прийти к полноте познания Божьего Сына, крайне важно стать на основание воскресения, начать жить в Духе. По этому вопросу можно сказать так много! Давайте будем осторожны в выборе своих авторитетов. Сколько драгоценных Божьих детей — как индивидуально, так и коллективно, — оказались в ужасном, прискорбном рабстве, в стесненных обстоятельствах и замешательстве из-за того, что постоянно прибегали к человеческим авторитетам — то к одному, то к другому великому лидеру; к людям, которых могущественно использовал Бог; к тем, кто получил много духовного света.
«Однако у Господа намного больше света и истины, готовых высвободиться из Его Слова», чем было у того или иного из Его слуг. Вы понимаете, что я имею в виду? Мы извлекаем всю пользу из света, дарованного благочестивым людям, и стремимся получить выгоду от истинного света, но никогда не окажемся в рабстве. Мы говорим: «Этот вопрос решен раз и навсегда! Такого никогда не должно быть. Мы должны сохранять наше основание воскресения». И кто может исчерпать его? Говоря иначе, кто может исчерпать значимость воскресшего Христа? Он — неистощимый запас, безграничный простор. Никто из людей еще даже не начал познавать значимость воскресшего Христа. Если и был человек, который постиг эту значимость больше других, то, на мой взгляд, это был Павел. Тем не менее, даже на исходе своих дней он, находясь в тюрьме, по-прежнему восклицает: «Чтобы познать Его!». «Да и все почитаю тщетою ради превосходства познания Христа Иисуса, Господа моего: для Него я от всего отказался, и все почитаю за сор, чтобы приобрести Христа» (Филиппийцам 3:8). В самом конце своей выдающейся жизни он все еще говорит: «Чтобы познать Его»!
Эта статья является выдержкой из главы 5, «The Cause and Ground of Blindness», книги «Spiritual Sight». Впервые опубликована в журнале "A Witness and A Testimony", май-июнь 1943, Vol 21-3.

среда, 4 июня 2014 г.

Притчи о Царстве, Т. Остин-Спаркс

Т. Остин-Спаркс
В тринадцатой главе Евангелия от Матфея, которую вы после моего напоминания уже, наверное, открыли, мы видим иллюстрации, демонстрирующие семь принципов Царства.

Притчи о Царстве

Я не намерен предпринимать попытку исследовать эти семь принципов, а лишь извлеку из данной главы отличительные характеристики суверенного Божьего владычества. Его особенности проиллюстрированы здесь в так называемых «притчах о Царстве». Такое определение им дали люди, но следует помнить, что Господь Иисус называл их «тайнами Царства».

Ключ к понимаю этих притч

Эти притчи или тайны Царства Небесного, в действительности, невозможно понять, если не рассматривать их в свете определения Царства. Что же такое Царство Небесное? Мы только что сказали, что это — суверенное Божье владычество. Если толкование этих притч изначально свести к естественному миру или к природе, то вы окажетесь за пределами сферы их применения и, скорее всего, запутаетесь. Найдется мало фрагментов Нового Завета, о которых велось бы столько дискуссий, как об этих притчах. Расхождения в их трактовке разделили студентов и преподавателей на непримиримые школы. Мы немного поговорим об этом по мере продвижения вперед. Таким образом, во избежание подобной путаницы и противоречий, необходимо выявить ключ к понимаю этих притч, и он, вне всякого сомнения, заключается в определении Царства, как СУВЕРЕННОГО БОЖЬЕГО ВЛАДЫЧЕСТВА. Повторюсь: я не собираюсь исследовать эти притчи, а лишь попытаюсь добраться до чего-то очень важного и значимого для нас в данный момент.

воскресенье, 1 июня 2014 г.

Титулы воскресшего Господа, Т. Остин-Спаркс

Т. Остин-Спаркс
Сегодня мы будем говорить о той стороне Креста, которая называется Воскресение, и я хочу, чтобы мы с вами рассмотрели некоторые титулы Воскресшего Господа: кем является Господь Иисус Христос в воскресении. «Иоанн – семи церквям, которые в Азии: благодать вам и мир от Того, Который есть и был и кто должен прийти , и от семи Духов, которые перед Его престолом, И от Иисуса Христа, верного Свидетеля, Первородного из мертвых и Правителя земных царей» (Откровение 1:4-5). Здесь содержатся три определения того, Кем является воскресший Господь. То, что эти определения относятся к Нему в воскресении, совершенно ясно из контекста, где Он Сам говорит Иоанну: «Я есть первый и последний И Живой; и Я стал мертвым, и вот Я жив во веки веков» (Откровение 1: 17-18). Тут три определения: верный Свидетель, Первородный из мертвых и Правитель земных царей.

Важно отметить две вещи, прежде чем мы пойдем дальше. Во-первых, это книга Откровения или Раскрытия сущности Иисуса Христа, как утверждается в первом стихе. Во-вторых, это откровение Его как Осуществляющего власть и суд: во-первых, в Церкви, во-вторых, - в народах и, в- третьих, в царстве сатаны. Эти три определения Христа, приведенные выше, отражают все содержание этой книги. Та власть, которую Он осуществляет, основывается на трех положениях:

Во-первых, на том, как  Он явил себя как Личность при воплощении;

Во-вторых, Кем он стал  в результате победы над смертью; и, в-третьих, Кем Он является в Превознесенном положении в Божественном оправдании.

При самом поверхностном рассмотрении понятно, что эти три определения являются всего лишь толкованием трех титулов:

[1] Кем Он был, воплотившись в теле: Свидетель верный, отправившийся на Крест и распятый на Кресте.

[2] Кем Он стал, восторжествовав над смертью: Первенец из мертвых, и

[3] Кто Он теперь в Превознесенном положении  в результате Божественного оправдания:

Правитель царей земных. Мы рассмотрим, насколько нам позволит время, эти положения по очереди.